Татьяна Батышева заставила работать бюджетную клинику на семью

Известно, что сфера здравоохранения в России – не то место, где делаются состояния. Но при известном умении можно построить на базе клиники надежный механизм по перекачиванию денег из городского бюджета в семейный. Так, как это сделала директор Научно-практического центра детской психоневрологии Татьяна Батышева. Впервые о Татьяне Тимофеевне мы услышали в частном разговоре с одним из родителей ребенка, проходившего лечение в центре. Услышанное нас настолько заинтересовало, что мы начали наводить справки в медицинском сообществе. И вот что нам удалось узнать.НПЦ детской психоневрологии, как сказано на его сайте, единственное в России лечебное учреждение, проводящее комплексное амбулаторное и стационарное восстановительное лечение детей и подростков с патологией нервной системы и опорно-двигательного аппарата. Сейчас на базе центра формируется единая городская система оказания специализированной медпомощи. Важно упомянуть, что НПЦ ДП – полностью бюджетное учреждение, получающее деньги из бюджета Департамента здравоохранения г. Москвы.Важно это потому, что в отношении таких учреждений действует рекомендация Минздрава РФ – там не должны работать близкие родственники, если кто-то из них занимает руководящий пост. Это нисколько не помешало сыну Татьяны Батышевой, Юрию Климову, устроиться в центр заместителем директора. Нарушения закона в этом нет, но о соблюдении морально-этических норм можно забыть.Юрий Андреевич с помощью мамы защитил кандидатскую диссертацию, но фактически никогда не сидел как врач на приеме, рассказывают коллеги. В свое время Татьяна Батышева, пользуясь связями в Минздраве Московской области, пристроила его в Подольскую детскую больницу. В подмосковном Минздраве тогда работала хорошая знакомая Батышевой Ирина Солдатова. Последняя приобрела скандальную известность, когда уже в ранге министра здравоохранения Омской области организовала закупку медицинского оборудования для ковидных больных по завышенной цене. После того, как СКР объявил г-жу Солдатову в международном розыске по обвинению в превышении полномочий, чиновница бежала в Дубай (ОАЭ) где успела обзавестись недвижимостью.Но все это случилось уже позже. А в те времена, когда Юрий Климов числился в Подольской больнице, Солдатова фактические «крышевала» его. При этом Батышева делала все, чтобы помочь сыну с честью пройти этот этап карьеры. Например, руководитель юридической службы НПЦ ДП Ольга Рощина постоянно ездила в Подольск, где помогала Юрию Климову вести дела клиники. Консультации сыну руководителя оказывали и экономисты и врачи центра. Но продолжалось это недолго. Как только знакомая Татьяны Тимофеевны ушла с поста замминистра областного здравоохранения, мама тут же вернула сына под свое крыло. Как рассказывают знакомые с ситуацией медики, там с него начали «слишком много требовать».В отличие от НПЦ ДП, подольская больница работает по ОМС – грубо говоря, как потопаешь, так и полопаешь. Юрий же Климов работать в таком режиме не привык. Мама многократно пыталась устроить его в разные места, включая клинику Управделами президента. Но везде по прошествии очень непродолжительного времени с ним расставались. Юрий Андреевич мог позволить себе среди рабочей недели легкий вояж, например, в Питер – дня на три-четыре. Объяснение для коллектива было стандартным – занимается филиалами. Кроме главного здания на Мичуринском проспекте, 74, у центра есть несколько отделений по всей Москве – в Алтуфьево, на Красной Пресне, в Новых Черемушках и т.д. Когда зам отсутствует, всегда есть отговорка.За такую напряженную и успешную работу Юрий Андреевич регулярно получал премии. По положению об общем объеме заработка заместителя он не может превышать 80% от дохода руководителя. Казалось бы, какие в здравоохранении зарплаты? Но есть одна тонкость. Департамент здравоохранения выплачивает директору ежеквартальные премии, с учетом которых его месячный доход составляет примерно 860 тыс. рублей в месяц. То есть Юрий Климов мог совершенно законно получать около 8 млн рублей в год. Сохранилась ли такая возможность сейчас – доподлинно неизвестно. Когда скандал вышел наружу, г-жа Батышева вывела сына из заместителей и теперь Юрий Андреевич продолжает числиться в центре, но уже не заместителем, а сотрудником научного отдела.Жена сына, Елена Климова, что неудивительно, тоже работает в НПЦ ДП врачом. Правда, на полставки – три дня в неделю. Только один из этих дней – суббота, когда отделение, где числится Елена Владимировна, закрыто и появляться на работе не обязательно. Пустячок, а приятно.В свое время, когда Татьяна Батышева была директором поликлиники восстановительного лечения №7, у нее работал водителем некий Дмитрий Джиоев. Сменив место работы, Татьяна Тимофеевна пригласила проверенного сотрудника на место заместителя по хозяйственной части. Правда, высшего образования, которое требуется для этой должности, у Джиоева не было. Пришлось срочно делать диплом в Южной Осетии – поди проверь!Через некоторое время сын Джиоева Тамерлан закончил Юридическую академию. Тамерлан, по отзывам его знакомых – мальчик-мажор, которого мама баловала подарками, например, новенькой «шестеркой» БМВ. Не говоря уже о карманных деньгах. Чтобы как-то изобразить трудовой стаж, сына приняли на работу в юрслужбу центра. Иногда он даже приезжал на работу, но сил после бурной ночной жизни не оставалось.После личного конфликта с Батушевой Джиоев-старший из НПЦ ДП ушел, но по слухам Татьяна Тимофеевна недавно его вернула на работу в Центр. При этом Тамерлан Джиоев по-прежнему продолжает числиться в центре сотрудником отдела ГО и ЧС.Пристройством родственников и знакомых на бюджетные места в центре Татьяна Тимофеевна не ограничилась. Известно, что фармкомпании выделяют значительные бюджеты на продвижение своей продукции через медицинское сообщество. Такие деньги – и мимо кассы? При центре создается некоммерческая организация «Ассоциация специалистов в области ДЦП и сопряженных заболеваний». Ассоциация привлекала спонсоров из числа фармкомпаний которые проплачивали этой организации средства по договорам о проведении конференций, симпозиумов и обучения врачей, которые желали быть специалистами по применению ботулотоксинов в лечении ДЦП. Вскоре одной организации показалось мало, и в 2019 году Татьяна Тимофеевна создает вторую, с более громким названием – «Национальная ассоциация детских реабилитологов». Эта ассоциация собирает деньги с фармкомпаний за участие в конференциях – так называемое «предоставление выставочного места». В зависимости от категории, плата составляла от 250 тыс. до 400 тыс. рублей. Всего же одна конференция позволяла аккумулировать до 8-10 млн рублей. Но этого показалось мало, и вскоре было принято решение проводить по две конференции в год.Возникает вопрос – неужели об этих фактах не знают в Департаменте здравоохранения Москвы? Видимо, знают. Но сделать ничего не могут. Кроме поста директора НПЦ ДП Батышева уже второй созыв занимает кресло депутата Мосгордумы. Такие кадры находятся под личным контролем заместителя мэра Анастасии Раковой. Сразу после очередного избрания с Татьяной Тимофеевной был заключен пятилетний контракт на все время депутатства, разорвать который практически невозможно.Самые частые эпитеты, которые наши собеседники использовали, говоря о Татьяне Батышевой – это «бережливость» (один даже упомянул «уникальный дар жадности») и «клановость». Доходило до анекдота. Например, подарки внукам директор НПЦ брала из спонсорской помощи, предназначенной для больных детей. Примечательно, что когда коллеги рассказывают о Татьяне Тимофеевне, о ее квалификации как врача вспоминают в последнюю очередь. Говорят в основном как об администраторе и хозяйственнике. Вот только ее бережливость и преданность семье больше подходят какому-нибудь консервативному мафиозному клану, нежели бюджетному медицинскому учреждению.

Похожие материалы (по тегу)




Актуально

Резонанс

Теги